Будете ли вы, беспокоится о чужом ребенке? Как на счет ребенка вашей сестры? На протяжении последних нескольких лет суррогатное материнство вошло в современную поп-культуру с именами таких звезд, как Николь Кидман и Сарра-Джессика Паркер, которые использовали суррогатных мам для того, чтобы пополнить свои семьи. Сейчас суррогатное материнство является одним из самых обсуждаемых способов борьбы с бесплодием. Почему суррогатные мамы делают то, что они делают? Что они имеют с этого? И на сколько, сложно отдать ребенка его биологическим родителям после того как ты вынашиваешь его в своей утробе 9 месяцев? Вот пять историй женщин, которые были суррогатными мамами.


Райвен Перкинз

«Мы не богатые люди … и это был единственный способ подняться для нашей семьи». – Райвен Перкинз, 32 года, Остин, Техас, замужем, мать десятилетней девочки и одиннадцатилетнего  мальчика.

Я была суррогатной мамой три раза (двойняшки в феврале 2007 года и маленький мальчик в июне 2008 года), и в этом месяце я собираюсь родить своего четвертого суррогатного ребенка. Самое лучшее это знать, что ты делаешь это – рожаешь ребенка для родителей, которые, наконец-то, увидят его или ее, с правильных причин. Но есть и много жертв, на которые должна пойти суррогатная мама. Например, это гормональные срывы, которые мой муж помогал мне преодолеть на протяжении трех месяцев, перед пересадкой эмбриона и почти до первого триместра. Согласно с законом государства о суррогатном материнстве, вы должны оставаться на территории государства. Мой муж был обязан ехать в другую страну для того, чтобы провести Рождество со своей семьей, а я пропустила праздник с его родными потому, что я была беременна двойняшками, и мой доктор запретил мне переезды.

Я одна из счастливец, которые очень хороши в качестве суррогатной мамы. Каждый эмбрион, подсаженный мне доктором, в итоге стал доношенным здоровым ребенком. Такое бывает очень редко. После моего первого раза в качестве суррогатной мамы,  прошло три года. Я  работала на веб-сайте –  «Суррогатное материнство»,  и хотела стать суррогатной мамой еще раз. Зависимость не то слово, но возможность помочь кому то еще это очень приятное чувство.

(Что касается передачи ребенка) Я знала, инстинктивно, что я не из тех людей, которые переживают по этому поводу. Я воспринимаю суррогатное материнство, как долгий процесс по уходу за малышом. Я могу сейчас родить в любой день и это очень круто, что биологические родители будут здесь. В общем, это меня не огорчает. У меня нет угрызений совести –  я просто рада, что смогла поучаствовать в рождении ребеночка. Мы не богатые люди. Я никогда не делала это бесплатно для клиники, но это был единственный способ поднять мою семью на новый уровень этого общества.

Кроме того, без моего участия, на четыре ребенка в мире было бы меньше. Я показываю своим собственным детям как быть  великодушными и как жертвовать собой ради других.


Робин Кауфер

«Самым тяжелым было, когда они забрали от меня ребенка». – Робин Кауфер, 50 лет, Сиэтл, Вашингтон, разведена, имеет девятилетнюю дочь и семилетнего сына.

Моя карьера суррогатной мамы началась с ребенка моих друзей, которому уже три года. Долгое время я лечилась от бесплодия. Потом, у меня были большие материальные проблемы, связанные с рождением ребенка, так как я была матерью одиночкой. В 40, я решила взять участие в программе суррогатного материнства. Я разговаривала со своей подружкой, и она сказала мне, что ее сестра не может выносить беременность. И я согласилась сделать это для нее.

У меня было четыре попытки, и я была очень удивлена, когда они решили попробовать четвертый раз. Потеря трех беременностей была тяжелой для меня. Но самой тяжелой частью было, когда они забрали от меня ребенка. Я была роялистом всего этого процесса…после момента, когда он физически вышел – мои гормоны сходили сума полторы недели. Это реально подорвало мое психическое здоровье, что поразило меня.

Мои дети ,казалось, понимали, что это ребенок Карен и Ларри, и казалось, что они будут хорошо к нему относится. Наша семья была создана тоже не естественным путем и поэтому они понимают, что семья может создаваться по-разному. Я бы сделала это еще раз, не будь я так стара. Я думаю из-за того, что я имела собственные проблемы бесплодия, участие в программах суррогатного материнства делает меня счастливее.

 

Кимберли Барни

«Самым тяжелым было бремя бесплодия». – Кимберли Барни, 33 года, Гинесвиль, Джорджия, замужем, имеет дочь 4 года и двух сыновей  10 и 8 лет. 

Я и мой муж, по началу, имели проблемы с зачатием. Однажды проблема перестала фигурировать и я легко забеременела – суррогатное материнство было способом благодарности, что мы так легко избавились от бесплодия. Даже ребенком,  я была увлечена рождением детей и хотела стать акушером. Я всегда хотела быть беременной, и это был удар, когда забеременеть было нелегко для меня.

Когда я родила суррогатного ребенка (в 2007 году), это было чудесно. Но это не был лишь один момент. Например, когда принимающая мама впервые положила руку на мой живот и почувствовала движение своего сына, а я посмотрела в ее глаза. А потом еще момент при родах, когда принимающий отец посмотрел на своего сына впервые. Я почувствовала, что я сделала реально что-то, что многое значит для других людей.

После того случая у меня было четыре попытки стать суррогатной мамой снова, но, почему то, не получалось. У нас было несколько циклов с двумя парами, но все закончилось выкидышами из-за плохой активности сперматозоидом. Последний раз в Августе я была физически и психически истощена, но я решила попробовать еще раз, и вот теперь я здесь помогаю другим. Самым тяжелым для меня было  брать бремя бесплодия принимающих родителей на себя. Вы должны понимать, через что они прошли, и как это потрясло их. У меня бывает впечатление, что они не доверяют мне вынашивание своего ребенка. Потом, когда с первого раза не получается – это очень сложно.  Я нормально себя чувствовала, но когда случался ранний выкидыш или не удавалась подсадка эмбриона – меня это огорчало. Я понимала, что процесс происходит с моим телом, но смотреть на то, как мои друзья принимают новые порции плохих новостей, было вдвойне тяжелей для меня.


Келли-Руммельхарт

«некоторые люди делают это ради денег,… но для меня это активизм». – Келли-Руммельхарт, 36 лет, Гридлей, Калифорния, замужем, девятилетняя дочь, семи и четырехлетний сын.

Я помню, в высшей школе у меня был друг-гей – у этого был парня был ребенок, и это меня поражало. В наше время многие пары борются дни на пролет, чтобы завести ребенка с помощью суррогатной мамы.  И я думаю – это замечательно, что люди имеют шанс завести ребенка с помощью суррогатной мамы, поэтому  я решила сделать это для кого то. Потом, когда у меня появились свои детки, я была настолько счастлива, что даже не могла представить себе, как это, возможно не иметь собственных детей.

Я знала, что я хочу работать с парой геев, и я нашла организацию «Гроуин Дженерейшнз». Это организация занимается помощью гей парам. Некоторые люди делают это за деньги или делают это из-за денег постоянно, но для меня это, также – активизм. Я думаю, это смешно, что геи не могут  пожениться и, в некоторых странах, не признаются. У меня нет миллионов долларов, чтобы пожертвовать для этих пар, но я могу поработать для них моей маткой. Я родила две пары близнецов для двух гей пар. Когда люди узнают, что я была суррогатной мамой для гей пар – они действительно не говорят ничего мне в лицо, но я более чем уверенна, что они осуждают меня за моей спиной.

Моя первая пара, которая ушла пару минут назад, захотела, чтобы я стала частью их жизней, поэтому я вижу девочек каждых 8-12 недель. Я помню, когда я была в родильном зале впервые, близнят увидела их бабушка, она  расплакалась и обнимала меня. Это было крайне удивительно, и жизнь изменилась. Это как попробовать наркотик. Кто бы не хотел попробовать его еще раз? Когда «Гроуин Дженерейшнз» сделаю ли я это еще раз – я ответила да. Я спросила у мужа, и он сказал: – «Делай то, что считаешь нужным».

Людям я объясняю это так – девять месяцев я няня. Но я не втираю такое своим детям, когда говорю с ними. Итак, с моей второй парой, которая не жила так близко как первая, и не могла находиться постоянно рядом, я заботилась всю беременность о себе сама. Играла с животиком, разговаривала с ним. У меня были любимые песни ребят, и я включала их для их малышей. Если честно, я не думала, что могут быть какие то плохие последствия. У меня были действительно легкие беременности. Если люди ненавидят беременность, то они возможно и не будут пробовать сделать это для кого то.


 

 Наташа Скиеннер

«Давать что то, так же важно, как и получать что то». – Наташа Скиннер, 37 лет, Аннаполис, Мериленд, замужем, 14 летний сын, 11-ти, 8-ми, 5-ти, и 2-х летние дочери.

Я была суррогатной мамой для своей снохи, жены брата мужа. У нее был муковисцидоз, поэтому она не могла выносить ребенка, но они с мужем генетически могли создать абсолютно здорового ребенка с помощью ее яйцеклетки и его сперматозоида.

Для моего мужа было очень важно, что имеем поддержку нашей семьи, особенно когда я чувствовала себя плохо. Мы уже имеем пять детей,  и когда мне нужно пойти за продуктами или отвезти куда-нибудь детей – члены нашей семьи помогают. Чрезвычайно помогает моя свекровь. А моя сноха помогает по хозяйству – готовить кушать и смотрит за детьми, когда мне нужно сходить за покупками.

Самой тяжелой частью была угроза выкидыша. Никто никогда не говорит об этом. Это было обычное дело – у меня дважды на день возникали болевые ощущения и они были очень сильными. Также, было тяжело чувствовать себя нехорошо. С моими личными беременностями я почувствовала себя хорошо уже на 12 недели беременностей, но  в этот раз это произошло лишь на 19-той. Кто знает, может быть, я сделала бы это еще раз, будь я моложе. Но, я бы не делала этого для человека не из нашей семьи. К счастью для меня, это мой племянник и я могу видеть его, и я знаю, как он растет.

На самом деле лучшая часть была тогда, когда они получили своего ребенка, было классно просто наслаждаться этим счастьем. Когда Джон и Келли вошли, я думала, она собирается сражаться. Это нужно было видеть, на сколько, у них было поднесенное настроение. Это было нечто особенное, что сделало нас всех немного ближе. Отдавать что то, так же важно, как и получать.